15-09-2020 12:22

Исторический урок «Истории и судьбы освободителей Анапы...»

Чайка в небе над Кубанью

Знания и умения, отвага и точный расчет – слагаемые ее успеха

816 раз вылетала она на боевые задания. 816 раз встречалась лицом к лицу со смертью. Каждый раз её подстерегали вражеские зенитные пушки и пулемёты, беспощадные лучи зенитных прожекторов, барражировавшие в воздухе ночные истребители, залповый огонь с земли. Всё это надо было преодолеть, прорваться через кромешный ад к цели и поразить её.  Как и другие лётчицы женского полка, летала на маленьком, безобидном на вид фанерном самолёте У-2 (позже названном По-2). В годы войны этот учебный самолёт получил грозное имя лёгкого ночного бомбардировщика и вполне оправдал его. Много раз её самолёт возвращался с боевого задания продырявленный пулями осколками зенитных снарядов, с покалеченными фюзеляжами и плоскостями.

Не раз загорался в воздухе и был спасён благодаря мастерству и мужеству лётчицы. Не однажды был сбит и всё — таки посажен в расположении своих войск. Это ли не сплав героизма и боевого мастерства!

Небо с юности стало для неё родной стихией.



Лариса Розанова родилась 6 декабря 1918 года в городе Киев Киевской губернии. Её отец работал слесарем в авиационной мастерской. Маленькая Лариса часто бывала у него на работе.

После окончания средней школы устроилась на работу закройщицей на обувную фабрику и поступила на курсы пилотов Киевского аэроклуба. Затем в 1940 году закончила Херсонскую лётную школу Осоавиахима, выпускавшую летчиков-инструкторов. Работала лётчиком-инструктором в Феодосийском аэроклубе (1940-1941) и Кировском аэроклубе города Москвы (1941). Подготовила три группы курсантов к поступлению в лётную школу. И тут началась война.

Лариса Розанова отправилась в военкомат с прошением отправить её на фронт, но получила отказ. 1 августа 1941 года Московский аэроклуб был эвакуирован в Рязанскую область. Лариса продолжала трудиться на новом месте и вновь пыталась получить назначение на фронт. 33 её курсанта водили в бой самолёты, а  ей снова было отказано. Обучая других, она продолжала учиться сама. Ей хотелось знать и уметь в воздухе всё. Лишь в начале октября Розанову и её подруг, вместе подававших заявление, вызвали в Московский совет Осоавиахима.

Утром 26 октября 1941 года эшелон с будущими лётчицами прибыл к месту назначения. Личный состав был распределён по группам для боевой учёбы. Групп было четыре: лётчиков, штурманов, механиков и вооруженцев. Лариса Розанова попала в группу штурманов. Туда зачисляли девушек с законченным средним и неоконченным высшим образованием. А у Ларисы в активе было ещё и окончание лётной школы со штурманским уклоном. Тогда это было редкостью — подготовленных штурманов-женщин в стране почти не было. Но Розанова хотела быть лётчицей и трижды подавала рапорт с просьбой о переводе в другую группу. После третьего обращения состоялся её разговор с Мариной Расковой, после которого Лариса изменила своё мнение и продолжила учёбу на штурмана. Обычно теоретический курс преподавался в военных авиационных училищах три года, сейчас девушкам отводилось на изучение программы три месяца. По окончании курсов при школе Ларису назначили штурманом эскадрильи.

27 мая 1942 года в составе полка Лариса Розанова прибыла на фронт. В первом боевом вылете приняли участие два экипажа: командир полка Бершанская со штурманом Бурзаевой вылетела первой. За ней — командир эскадрильи Серафима Амосова со штурманом Розановой. Первый боевой вылет прошёл удачно, хотя для поражения цели Амосовой с Рязановой понадобилось сделать три захода. Так был открыт боевой счёт первой эскадрильи.. В июле 1942 года лётчица стала членом ВКП(б). Партийный билет девушке вручили в станице Ольгинской, неподалёку от Ростова-на-Дону, где до войны жила её мать. К тому времени на боевом счету было 55 ночных боевых вылетов с общим налётом 76 часов, на врага сброшено 4800 килограмм авиабомб. И Розанову представили к награждению первой наградой – орденом Красная Звезда.

В декабре 1942 года сбылась ее мечта - Лариса Розанова была назначена командиром звена. К середине октября 43-го как пилот совершила 200 боевых вылетов. Командование полка и дивизии высоко оценивали технику пилотирования Розановой и ее командирские качества. Они отмечали, что гвардии лейтенант Розанова повседневно учит своих подчинённых искусству точности в выполнении боевых заданий. Лариса Розанова была не только мастером вождения самолёта, но и отличным, хитроумным тактиком. Она находила решение боевой задачи даже тогда, когда, казалось, выполнить её было просто невозможно. И как правило, выходила из боя победителем. С марта полк принимал участие в наступательных операциях по прорыву оборонительной линии противника «Голубая линия» на Таманском полуострове. Самый тяжёлый бой произошёл в ночь на 1 августа 1943 года. Тогда на базу не вернулось сразу четыре экипажа. Лариса Розанова вместе со своим новым штурманом Надей Студилиной вернулась. А позже они узнали, что той ночью на цель удалось выйти и отбомбить только их экипажу…

Из воспоминаний Ларисы Розановой:

Как кошмарный сон, встает в памяти страшная ночь 31 июля 1943 года.

Мы с Надей Студилиной вылетели на бомбежку станицы Крымской. Раньше нас вылетели три экипажа, мы поднялись четвертыми. Над рекой Кубанью, примерно на полпути, мы увидели: над целью зажглись прожекторы. Зенитки почему-то молчали. Что бы это значило?..

Не успели мы разгадать маневр врага, как самолет, находившийся в лучах прожекторов, загорелся. В чем дело? Почему он загорелся? Обстрела не было, а самолет горит. И кто попал в беду? Кто вылетел сегодня первым?

Горящий самолет медленно падал. Из него вылетали разноцветные ракеты — значит, загорелись уже кабины. И тут я вспоминаю, кто это. На наших глазах гибли Женя Крутова и Лена Саликова. Первыми сегодня поднялись они. Но мы ничем не можем помочь им. Не успели они еще упасть, как снова заработали прожекторы. И снова молчат зенитки. Удивляясь этой необычайной картине, мы с Надей неотрывно смотрим на происходящее.

Вдруг совсем рядом со светлой точкой — самолетом, чуть выше скрещивания лучей, вспыхнула красная ракета, и вслед за ней несколько вспышек — выстрелов.

— Обстрел с воздуха! — разом закричали мы с Надей. Значит, в воздухе истребитель противника! Так вот почему без зенитного огня загорелся самолет Жени Крутовой — он сбит истребителем.

Мы подошли уже совсем близко — всего километров пятнадцать осталось до цели и лишь несколько километров до линии фронта. И тут мы увидели второй пылающий самолет, который медленно, освещенный прожекторами, падал немного севернее первого. Вели его Аня Высоцкая и Галя Докутович. Это гибнут они! Прощайте, дорогие подруги!..

А ведь только двадцать минут назад мы вместе шли к своим самолетам. И вот за каких-то пять минут нет четверых подруг... Что же делать? Ведь такая же участь ждет и нас — от истребителя не спасешься!

Под нами линия фронта. В это время в прожекторах белой точкой появляется третий самолет. И снова зенитки молчат.

По спине забегали мурашки, руки и ноги словно чужие, отказываются слушаться. Во рту пересохло, чувствуется какая-то горечь. Что придумать? Как обмануть врага?

— Хоть бы пулемет нам! Можно было бы хоть пугать его! — гневно кричит Надя. — Пистолет, что ли, приготовить?

— Приготовь, — говорю я. — Только вряд ли он понадобится. В упор ведь расстреливает, гад!

Мысли проносятся молниеносно. Почему-то стало очень жарко. Ноги и руки дрожат. Страх сковал все движения и мысли. Лихорадочно пытаюсь придумать какой-нибудь выход, но ничего не приходит в голову. «Но задачу нужно выполнить! — говорю сама себе. — Не возвращаться же обратно с бомбами, потому что стало страшно... Ну, ну, думай же!..»

В это время факелом вспыхивает третья машина. Это вывело меня из оцепенения. Молнией проносятся мысли, но в них уже не страх, а кипучая энергия. Набрать высоту? Нет! Что для истребителя 300–400 метров высоты? Несколько секунд — и он будет еще выше. Нет, это не выход.

И вдруг мелькает догадка: подойти к цели на самой малой высоте — истребитель не пойдет в атаку на бреющем.

И сразу возвращаются бодрость, уверенность. От страха и следа не осталось. Плавно убираю газ, перехожу в пике, планирую все восемь километров, оставшиеся до цели.

— Надюша, смотри в оба! — кричу я штурману. — Зайдем [150] с тыла на малой высоте и с ходу отбомбимся. Смотри внимательней кругом, а то на такой высоте и из автомата сбить могут.

— Давай! Пошли!..

Высота быстро падает, нагруженный самолет словно проваливается в яму. Все ближе и ближе цель. Теперь мы тихо скользим в темноте, подкрадываемся. Вот замелькали белые домики станицы Крымской, окруженные темными пятнами зеленых садов. Высота 400 метров. Маловато! Ведь нужно еще пройти станицу,  развернуться. Но делать нечего. Не включать же мотор — сразу обнаружим себя.

Но вот пора разворачиваться. Высота уже меньше 300 метров. По инструкции бомбами мгновенного действия разрешается бомбить с высоты не ниже четырехсот. Приходится нарушить инструкцию. Сбрасываем сразу все бомбы. Взрывная полна сильно подбрасывает самолет, но все пока благополучно, если не считать взметнувшихся прожекторных лучей. Они мечутся, шарят вверху, а мы продолжаем неслышно планировать, постепенно удаляясь. Высота уже меньше 200 метров, планирую еще несколько секунд и даю газ.

Как только заработал мотор, с земли потянулись огненные трассирующие нити — стреляли из автоматов. Нас обнаружили — значит, сейчас прожекторы повернут свои щупальцы в нашу сторону. Невольно оглядываюсь назад, чтобы убедиться в этом. Вдруг слышу тревожный возглас Нади:

— Поймали! Опять поймали!..

Я раньше увидела, а уж потом поняла, что она сказала. Высоко вверху, сзади нас, в перекрестии четырех прожекторов был виден самолет. Это экипаж Саши Роговой и Жени Сухоруковой, отправлявшийся следом за нами.

Мы все дальше уходили, все больше набирали высоту, приближаясь к линии фронта. Высота была уже 500 метров, когда вспыхнул четвертый за эту ночь самолет. Молча, потрясенные и удрученные, продолжаем наблюдать за горящим самолетом. Вдруг яркий пучок света мелькнул над нами и послышались знакомые звуки: «Та-а-та-та-та!» Самолет вздрогнул, а над головой со свистом промчался силуэт истребителя и пропал в темноте.

Вся правая сторона по верхней и нижней плоскости была прошита очередью: виднелась ровная черная линия дыр. Должно быть, истребитель, выходя из пикирования после атаки, случайно наткнулся на нас, осветил фарой и тут же дал очередь. Но фашист не успел как следует прицелиться, очередь прошла чуть правее кабин. Но он мог повторить атаку. Я снова перешла на планирование и резко изменила курс.

Нам удалось перехитрить врага. Задание было выполнено. Но горе, тяжелое горе утраты дорогих подруг, весь ужас, который мы пережили за эти несколько минут, неотступно стоял перед нами... Слезы застилали глаза, в горле стоял пересохший горький комок.

Мы отомстим за вас, дорогие подруги, мы будем гнать фашистских гадов до самого Берлина, пока не уничтожим до конца! И мы мстили врагу. Мстили за наших подруг, за нашу Родину, за наше разрушенное счастье, за все злодеяния, совершенные гитлеровцами!

За образцовое выполнение боевых заданий командования при освобождении Таманского полуострова командир звена 46-го гвардейского Таманского ночных бомбардировщиков авиаполка Розанова была награждена орденом Красного Знамени. В представлении к награждению отмечены ещё два эпизода боевой работы Розановой: 13 сентября её экипаж производил бомбометание по автомашинам отступающего противника от ст. Гостагаевской, а 17-го – по отступающим войскам от Джигинской. В обоих случаях были вызваны сильные взрывы с черным густым дымом.

В ноябре 1943 года начались бои за Керченский полуостров. Особыми были задания по оказанию помощи морскому десанту при высадке в посёлке Эльтиген. Полк выполнял задания по освобождению Крыма и Севастополя. В ночь на 24 декабря 1943 года в самолёт экипажа Розановой — Марии Ольховской попал осколок снаряда. Машина стала терять высоту. Но девушкам удалось посадить подбитый самолёт в районе, где располагался один из советских инженерно-строительных батальонов. После гибели Евгении Рудневой в апреле 1944 года Розанова была назначена штурманом полка. Воевала в небе Белоруссии, Польши, Германии. Принимала участие в Могилёвской, Белостокской, Осовецкой, Млавско-Эльбингской, Восточно-Померанской и Берлинской операциях. За годы войны Лариса Розанова совершила 816 боевых вылетов. После войны продолжала службу в ВВС штурманом ночного бомбардировочного авиаполка (в Северной группе войск; Польша). С декабря 1945 года капитан Л. Н. Розанова – в запасе. Вскоре после окончания войны Лариса Розанова вышла замуж за капитана Илью Литвинова, с которым познакомилась на фронте. Взяла его фамилию. Супруги жили в Москве. За мужество и героизм, проявленные в боях с немецко-фашистскими захватчиками, Указом Президиума Верховного Совета СССР от 23 февраля 1948 года капитану запаса Розановой (В тексте Указа указана фамилия Розанова, хотя уже с августа 1945 года Героиня носила фамилию Литвинова) Ларисе Николаевне присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда». До 1979 года Лариса Литвинова работала старшим инженером ВНИИ источников тока. Лариса Николаевна опубликовала две книги - "Летят сквозь годы" и "Улица Татьяны Макаровой". Первая книга выдержала три издания.  Скончалась 5 октября 1997 года на семьдесят девятом году жизни. Похоронена на Николо-Архангельском кладбище.

Награждена также  орденом  Ленина (15.05.1946), двумя орденами Красного Знамени (30.10.1943; 7.03.1945), орденами Отечественной войны 1-й степени – дважды (26.04.1944; 11.03.1985), орденом Красной Звезды (9.09.1942), медалями.

                                                                                          А. Трущенко